Боян, но доставляет:
Поезд Москва — Петербург. Вагон. Купе. На третьей полке дрыхнет денщик.
На первой — поручик Ржевский, весь в медалях, на второй — поп, напротив —
попадья с дочкой. Грохот, треск.
Свешивается вниз денщик:
— Господин поручик, разрешите поссать.
— Иди.
Кряхтя, спускается поп.
—
Ну как ему не стыдно! Вот вы, боевой офицер, грудь медалями украшена,
кровь за родину проливали, а он при вас — поссать. Я, святой отец, за
дела ваши грешные молюся, лысину учением нажил, а он при мне — поссать.
Жена моя, честная женщина, девушкой за меня вышла, не изменяла ни разу,
дочь родила, а он при ней — поссать. Дочь моя, голубица непорочная,
греха не знающая, а он при ней поссать.
— Ну успокойся, папаша, внушение сделаю.
Грохот, треск. Врывается денщик.
— Господин поручик, разрешите доложить — поссал!
Ржевский, со строгим видом:
—
Ах ты, ёб твою мать, пиздоглазое мудоёбище! Я тебе кто, боевой офицер,
или хер собачий? Кровь за Родину проливал, грудь медалями расхуячена, а
ты при мне — поссать. Это тебе что, конская залупа на солнце блестит,
или лысина отца святого за дела наши блядские лоб расшибшего? А ты при
нём — поссать. А это кто — блядь подзаборная, или жена отца святого,
пизду соседу не дававшая, дочь невесть как породившая, а ты при ей
поссать… Это, по твоему, кто, потаскуха малолетняя или дочь отца
святого, греха не знающая, хуя во рту не державшая, а ты при ней что —
поссать!.. Марш на третью полку и не ссать до самого Петербурга!
А было мне тогда 23 годочка от роду 
